Биографическая справкаИзбранная библиографияЭлектронная выставкаМетодические материалы

А.Р. Воронцову

Перевод

Monsieur. Enfin après bien de retards, après bien de vœux inutilement formés pour partir, nous sommes enfin équipés totalement, et demain nous nous mettons à la voile. Je ne détaillerai pas à Votre Excellence les causes peu valables qui ont fait que nous nous mettons en route trois semaines plus tard que je ne l'avais annoncé à Votre Excellence dans ma dernière. Elles sont futiles; mais nous ne sommes point partis. Mon séjour dans cette ville n'a pas été aussi agréable qu'il pourrait paraître. Depuis que je suis ici, j'ai essuyé différentes attaques de maladie, ma sœur de même, et mes enfants n'en ont pas été exempts. Plusieurs de mes domestiques ont aussi été malades. Enfin, depuis que je suis ici, la maison n'a point cessé d'être sans malades. Je ne m'en étonne pas du tout. Le changement de climat, de nourriture, de boisson, de la manière de vivre, de la manière d'exister, si on peut le dire, et surtout le chagrin, sont capables non seulement d'entamer un tempérament de fer, mais de le changer en totalité. Je m'étonne comment ma frêle substance a pu résister sans succomber aux attaques multipliées qu'elle a subies. L'excès du mal en a été certainement le remède. C'est quand je sentais tout le poignant de la douleur, c'est quand l'espoir voulait m'échapper et que le désespoir à la face hideuse, mais constante et inaltérable, venait associer son lugubre raisonnement à des décisions d'un esprit incertain, c'est alors que l'âme se roidissait, et les idées rentraient dans le calme. Quel était le sentiment qui me prédominait alors? Où était-ce un manque absolu de sensibilité? Tout ce que je puis dire c'est que mon état était terrible. Mais pourquoi me retracer ces instants affreux? Grâce aux soins généreux de Votre Excellence, mon sort est adouci, et le désir de revoir mes enfants me fera vivre.

Après un temps fort chaud, il pleut depuis quatre semaines. L'air en est très rafraîchi, et la nuit du 13 il y a eu une petite gelée. Le vent du nord qui a soufflé constamment pendant plusieurs semaines en est la cause certaine. Cependant, malgré le froid, la peste habituelle continue d'attaquer les hommes et les animaux, et pour ces derniers elle est presque toujours mortelle. Cette maladie dont la cause est inconnue, malgré les conjectures qu'on fait de l'attribuer à la piqûre d'un insecte que personne n'a attrapé sur le fait, se manifeste par une grosseur ou un durillon qui se forme dans l'instant même qu'on en ressent l'attaque. Si l'on n'en frotte l'endroit l'instant même avec du sel ammoniac dissout dans l'esprit de vin, ou bien si l'on n'y applique du tabac mâché, la maladie devient dangereuse et ne guérit que difficilement. L'enflure devient grande et tenace, le pouls est fiévreux, à la fin l'inflammation gagne tout le corps, et le malade meurt.

Une maladie qui depuis plus d'un mois fait ici un dégât horrible, c'est la rougeole. Des centaines d'enfants en ont péri et les Esculapes d'ici prétendent encore qu'elle est bénigne. Si par l'inoculation de la petite vérole on ferme la tombe, où s'ensevelissaient tant d'individus par une mort prématurée, pourquoi la rougeole, qui est aussi une maladie périodique, et très maligne, ne subirait-elle pas la même opération. Ah, faut-il toujours des siècles pour apprendre à l'homme à être sage! L'homme est vraiment un enfant jouant au colin-maillard, qui a les yeux bandés par le préjugé etc. II tourne autour de celui qu'il veut attraper et ne le prend pas.

Veuillez bien, monsieur, de ne pas oublier celui qui ne s'est jamais cru indigne des bontés de Votre Excellence, qui se ressouvient toujours avec attendrissement que c'est à vous qu'il doit les inttants heureux dont il peut jouir, et qui ne cessera d'être toute sa vie avec le plus profond respect et la considération la plus parfaite Monsieur de Votre Excellence le très humble et très obéissant serviteur

Alexandre Radischeff.
Tobolsk
le 16 Juillet 1791.

Ma sœur a l'honneur de présenter ses respects à Votre Excellence.

Перевод

Милостивый государь.

После многих проволочек, после многих напрасно данных обетов ехать мы, наконец, совсем снарядились и завтра поднимаем паруса. Я не буду подробно описывать вашему сиятельству те ничтожные обстоятельства, что принудили нас пуститься в путь на три недели позже, нежели я объявлял об этом вашему сиятельству в моем последнем письме. Это были мелочи, но мы все же не уехали. Мое пребывание в этом городе не было таким приятным, как это могло бы казаться. С тех пор, что я здесь, я несколько раз болел, моя сестра тоже, да и дети не избежали этого. Многие из моих слуг также хворали. В общем с тех пор, как я здесь, в доме не переводились больные. Меня это нисколько не удивляет: перемена климата, пищи, питья, образа жизни, образа существования, если можно так сказать, и особенно горе способны не только подорвать железную натуру, но и вовсе изменить ее. Я поражаюсь, как мое немощное существо могло, не погибнув, сопротивляться многократным ударам, обрушившимся на него. Спасением для меня была, конечно, чрезмерность бедствий. И вот, когда я чувствовал всю мучительность боли, когда надежда ускользала от меня, и отчаяние, с лицом уродливым, но постоянным и неизменным, присоединяло свои мрачные доводы к решениям неуверенного разума, – вот тогда душа наполнялась мужеством и в мыслях воцарялось спокойствие. Какое чувство преобладало тогда во мне? Было ли это полное отсутствие чувствительности? Я могу только сказать, что мое состояние было ужасно. Но почему я возвращаюсь к этим страшным минутам? Благодаря великодушным заботам вашего сиятельства судьба моя смягчилась, и желание снова увидеть моих детей заставит меня жить.

После очень жаркой погоды вот уже месяц как идут дожди. Воздух сильно посвежел, а в ночь на 13 был легкий заморозок. Северный ветер, дувший неизменно в течение нескольких недель, является тому явной причиной. Однако несмотря на холод, обычный здесь мор продолжает поражать людей и животных, и для последних он почти всегда смертелен. Эта болезнь, причина которой не известна, несмотря на предположения, относящие ее к укусу насекомого, хотя никто еще не видел, как оно жалит, проявляется опухолью или затвердением, образующимся в то же мгновение, как чувствуют первый приступ болезни. Если сейчас же не растереть это место нашатырем, растворенным в спирту, или не приложить к нему жеваный табак, болезнь становится опасной и излечивается с трудом. Опухоль увеличивается и упорно держится, пульс лихорадочный, наконец воспаление охватывает всё тело и больной умирает.

Болезнь, которая уже более месяца производит здесь ужасные опустошения – это корь. Сотни детей погибли от нее, а здешние эскулапы все еще считают, что она не опасна. Если прививка оспы спасает от могилы, куда преждевременная смерть свела многих, то почему к кори, которая тоже является болезнью повальной и весьма опасной, не применить то же действие? Ах, неужели всегда нужны века, чтобы научить человека мудрости? Человек – это воистину дитя, играющее в жмурки, у которого глаза завязаны предрассудками и пр. Он ходит вокруг и около того, кого хочет поймать, а брать не берет.

Благоволите, милостивый государь, не забывать того, кто никогда не считал себя недостойным милостей вашего сиятельства, кто всегда вспоминает с признательностью, что это вам он обязан счастливыми мгновениями, выпадающими на его долю, кто не перестанет всю свою жизнь быть с глубочайшим уважением и совершеннейшим почтением вашего сиятельства, милостивого государя моего, нижайшим и покорнейшим слугой

Александр Радищев.
Тобольск.
16 июля 1791 г.

Сестра моя имеет честь представить вашему сиятельству выражение своего почтения.

© 2015 - 2018 О проекте